Монахиня Таисия (Розенблат) – новомученица Церкви Русской.

Ее звали Хая Розенблат. Она выросла в Оренбурге в небогатой еврейской семье. Отец ее в восьмидесятых годах ХIX столетия владел мелочной лавкой и занимался адвокатской практикой. Хая училась в церковно-приходской школе, была сметливой, обладала хорошей памятью. Бывало, на уроках Закона Божьего отвечала лучше своих подруг, но отец всячески препятствовал изучению православия и понятия о христианстве были у нее весьма путаные. Жития святых она считала интересными и страшными сказками. Святителя Николая называла – русский Бог.Однажды во время купания в Урале Хая стала тонуть и в ужасе закричала: «Русский Бог, Николай, спаси меня!» И Чудотворец не оставил без внимания этот крик о помощи. Словно бы волна подхватила девочку и вынесла на берег. За это спасение девочка пообещала Святителю стать христианкой, но лет ей тогда было немного и как это сделать, она не знала. Так, что обещание забылось. Однако, позже, в четырнадцать лет случилось в ее жизни строгое напоминание.

Дело было так: отец поручил ей сохранить очень ценную бумагу, которая дает право на большую сумму денег – вексель. Он, как адвокат, взял ее под свою ответственность на хранение, как залог в чужой сделке.

Хая была умная и ответственная девочка и отец позвав ее поручил отнести эту важную бумагу и спрятать:«Спрячь вексель, дочка – сказал отец, – в моем кабинете, ты знаешь куда».

Девочка положила вексель в карман, чтобы отнести в кабинет и положить в тайное место. Но тут ее чем-то отвлекли, а потом позвали играть, и за игрой она забыла о документе. Платье ее вскоре отдали в стирку, и вексель, конечно же, превратился в бумажную труху.

Через некоторое время отец попросил Хаю принести бумагу: «К девяти часам придут люди. Пора принести тот вексель».И тут Хая с ужасом поняла, что оставила вексель в кармане. Она побежала искать свое платье и проверять карманы. Но там была лишь бумажная пыль.

Хая вся похолодела от ужаса. Перед глазами стояла картина, как ее отца за долги заковывают в кандалы. Она представляла также, как мать, которая оставшись с детьми одна без средств, будет каждый день убиваться от горя и все умрут с голода. Хая впала в отчаяние. «Нет, – подумала девочка, – лучше я приму смерть, чем выдержать этот ужас. Пойду сейчас и утоплюсь в Урале».

Тут Хая вспомнила что уже могла утонуть в Урале, и о святом Николае, спасшем ее тогда. Не помня себя от страха и отчаяния она стала обвинять его в своих бедах сжимая кулаки и рыдая:

– И зачем ты только спас меня? Зачем это было нужно? Чтобы я теперь испытать этот ужас? Уж лучше бы я лежала на дне холодной реки!

В эту минуту часы на церковной колокольне пробили девять и раздался голос отца, срочно зовущего Хаю. Девочка, вздрогнула и схватилась за ручку калитки, чтобы бежать на реку топиться. И тут она почувствовала, что что-то хрустит в ее руке. Она поглядела и увидела, что держит вексель. Но не тот, старый, потертый и сложенный вчетверо, а новенький и белоснежный. Однако сделанный по всей форме, со всеми нужными печатями и подписями. Хая помчалась к отцу и протянула ему документ. Он схватил вексель и поспешил в кабинет. А Хая от сильнейших переживаний упала в обморок.

Когда она пришла в себя, то захотела срочно рассказать об этом чуде и бросилась к квартирной хозяйке. Хозяйка была православной женщиной, и Хая, рассказав все, как было, попросила: «Афанасьевна, скажи мне, где живет Николай Угодник, и могу ли я его видеть». Женщина, растроганная её историей, отвечала:«Нет, детка, святителя Николая увидеть нельзя. Он живет высоко на небе вместе с другими святыми. Но ты можешь пойти в церковь и отслужить ему благодарственный молебен. И поставить ему свечку».Однако девочка ответила, что пока не может ходить в христианскую церковь, потому что не крещена и по вере иудейка. Но попросила женщину сделать это за нее, что и было исполнено. «Теперь уж, – подумала Хая, – я совершенно точно должна стать христианкой, чего бы это ни стоило».

И действительно, после этого случая она уже не забывала о данном обещании и втайне от семьи готовилась ко крещению. Она очень боялась отца, понимая, что если она примет крещение, то назад домой дороги ей уже не будет. Ей нужен был духовный совет и Хая добилась приема у тогдашнего оренбургского архиерея, епископа Макария (Троицкого), старца высокой духовной жизни, человека доброго и прозорливого. Он внимательно отнесся к истории этой девочки и направил ее в женский Успенский монастырь к его престарелой настоятельнице. Игуменья Таисия (Кононова) слыла прозорливой старицей. Матушка приняла Хаю, сумев разглядеть в этой запуганной еврейской девушке будущую подвижницу. Хаю крестили и оставили в монастыре. Вскоре свершился и постриг – родилась монахиня Таисия. Было ей тогда 16 лет. Но ожидать спокойной жизни новообращенной монахине не приходилось. Вскоре после пострижения, когда Таисия спала в своей кельи, враг нашего спасения вошел к ней под видом монахини. Та была в полном монашеском одеянии, так что Таисия ничего страшного не заподозрила. Незнакомка сделав ей знак молчать, вдруг схватила Таисию за горло и стала душить. Таисия успела крикнуть, пока не захрипела. Сестры услышали и сбежались к ней. Однако враг тут же исчез. В начале Таисиному рассказу никто не поверил, но затем осмотрев горло, все ясно увидели синяки от пальцев и отпечатки когтей.

Надо сказать, что и в целом жизнь ее в монастыре складывалась непросто. Она смиренно и старательно выполняла любые послушания, но далеко не все сестры относились ко вчерашней иудейке с симпатией. Временами, в часы одиноких молитв ее посещали страшные видения, враг стремился изгнать ее из обители. Так же существовала угроза мести со стороны иудейской общины. Но она все преодолевала с замечательной стойкостью и терпением.

Однажды Таисию с другими монахинями отпустили на богомольев Калужскую Тихоновскую пустынь. Там в это время нес свой подвиг юродства старец Герасим, обладавший даром предвидения. С дороги Таисия сильно устала и утром встала с трудом и пошла на литургию, не прочитав утренних молитв. После литургии отец Герасим подошел к Таисии, стоявшей с другими богомольцами, и сказал: «Вот я, грешный, не прочел утренних молитв, прочти-ка ты их мне». Таисия послушно прочла. «А теперь пой, – потребовал старец, – святая мученица Таисия, моли Бога о нас!» Таисия хотела возразить, что святая Таисия преподобная, а не мученица. Но старец будто не слышал, заставил ее трижды обойти храм с этим пением: «Святая мученица Таисия, моли Бога о нас». Затем он что-то сказал Таисии на ухо, но что – рассказывать запретил.

Шло время, мать Таисия несла послушание письмоводительницы, как ей предсказывала давно уже почившая матушка игуменья Таисия. Но враг не переставал ее преследовать. Однажды, после причащения Святых Таин она сидела за чтением в своей кельи, как вдруг увидела его около себя воочию. Тщетно читала Таисия молитву «Да воскреснет Бог». Однако враг не отступал, и лишь, когда она вспомнила давнее наставление, обратившего ее в христианство епископа Макария и громко прочла тропарь «Христос воскресе из мертвых…», бес исчез. Но даже растворяясь, враг продолжал грозить ей своей местью. И действительно, лукавый придумывал всё новые козни.

Вскоре монастырь стал посещал вновь назначенный епископ Николай, и Таисии поручалось все организационные вопросы решать с владычным келейником. Кончилось тем, что она влюбилась в этого юношу. Игуменья, давшая ей это послушание была очень строгая и взыскательная, но Таисия, хотя и со страхом, но во всем ей призналась. К удивлению Таисии, Матушка отнеслась к ней с любовью, успокоила и обещала, что она больше этого послушника не увидит. И, действительно, увидела его мать Таисия лишь случайно и много лет спустя. Самым удивительным было то, что он теперь произвел на нее самое отталкивающее впечатление. Так стало ей очевидным, чьи это были козни.

Монашеская жизнь продолжалась. Еще одна тягота, которую приходилось нести сестре Таисии, – отношения с семьей. Отца она очень боялась, и тот грозился при случае отомстить ей за принятие христианства. Еще скучала она по младшим братьям, которых очень любила, но особенно тяжело переживала разлуку со своей матерью Саррой. Мать Таисии не разделяла ненависти отца к дочери, и тот изливал на жену весь свой гнев.

Однажды она получила печальное известие, что мать ее находится при смерти в Саратове в доме для умалишённых. Доставил ее туда отец Таисии, объяснив доктору, что жена его помешалась, вообразив, что ее дочь иудейка является православной монахиней. Сарра действительно, временами говорила невразумительно, и постоянно вспоминала о своей дочери, которая живет в монастыре. Несчастная женщина пытаясь бежать из лечебницы, выбросилась из окна и сильно разбилась. Таисия успела застать мать при смерти. Та, несмотря на тяжелое состояние, была очень рада увидеть дочь. Но Таисию больше всего печалило, что мать ее не крещена. Она окропляла ее святой водой, мазала елеем и кормила виноградом. Незадолго до своей кончины мама рассказала Таисии свой сон: будто ее посещала Величавая Женщина с прекрасным Младенцем на руках. Таисия поняла, что маму посетила Богородица. Вскоре Сарра скончалась.

Конечно Таисия очень переживала, что не успела окрестить ее, и написала письмо афонским старцам, спрашивая, можно ли ей молиться за некрещеную мать. Старцы прислали удивительный ответ, сообщая ей, что она обязана молиться за христианку Сарру. При этом объяснили, что ее родительница умерла не только христианкой, но и мученицей. Что в этом случае окропление Святой водой вменяется в крещение, помазание елеем – в миропомазание, а вкушение винограда – в Святое Причащение. И что на Афоне также молятся о новопреставленной рабе Божией Сарре.

Вскоре так случились обстоятельства, что монахине Таисии пришлось ненадолго перейти в Уфимский Благовещенский женский монастырь. Там с ней случилось новое нежданное испытание – Таисию разбил паралич. В этом монастыре никто ее не знал, и ухаживали за ней невнимательно. Беспомощная и одинокая,Таисия чувствовала себя чрезвычайно несчастной. Но Господь не оставил Свою избранницу. Так случилось, что в это время монастырь посетил Уфимский архиерей. Будучи человеком отзывчивым Владыка самым необычным образом принял участие в ее судьбе. Посетив келью болящей Таисии, он прямо у одра стал служить Всенощную. Это происходило в ночь на 13 августа, на память святителя Тихона Задонского. Как только служащие стали петь величание святителю, Таисия вдруг оказалась в совершенно незнакомом месте. Это был Владимирский собор Задонского Богородицкого мужского монастыря, в котором покоятся мощи святого. Изумленная монахиня увидела, как святитель Тихон поднялся из своей раки и подал руку лежащей Таисии поднимая ее со одра болезни. В следующее мгновение видение исчезло, и она очнулась, почувствовав, что исцелилась и может двигаться. После такого чудесного исцеления епископ совершил ее постриг в мантию с новым именем – Тихона. Мать Тихона вернулась в свой родной монастырь.

Когда наступило смутное время, и в Оренбурге установилась большевистская власть, Успенский монастырь возглавляла престарелая игуменья Таисия II (Смирнова).

Вскоре начались антицерковные зверства. Где-то летом 1920 года в монастырь прибыла группа чекистов и объявили игуменье, что монастырь будет ликвидироваться и монахиням нужно собирать вещи и уходить куда глаза глядят. Игуменье к этому времени было уже шестьдесят лет. Происходившее вокруг настолько ее выбивало из колеи, что она совершенно упала духом и попросила сестер освободить ее от управления монастырем. На своем совете монахини решили избрать новую игуменью. Выбор пал на Тихону, энергичную и стойкую. Учитывая ситуацию, и чрезвычайную сложность переоформления имущественных прав в наступившее безбожное время, сестры решили, что монахиня Тихона отныне будет носить имя – Таисия II (Розенблат) и исполнять обязанности игуменьи. В свою очередь бывшая игуменья принимает имя монахини Тихоны. По иной версии, это решение было принято в связи с отъездом игуменьи в Москву «хлопотать о монастыре», что представляется странным при наличии действующих Оренбургскихепархиальных властей.

Вскоре началась компания по отъёму церковных ценностей. Одна за другой приходили «комиссии», забирали все ценное, выискивали еще и еще. Но теперь этих «делегатов» встречала спокойная, умная и мужественная игуменья, которая делала все, чтобы как-то смягчить действия богоборцев. Одна из таких комиссий в рвении при поиске ценностей вскрыла склеп, в котором была захоронена матушка Таисия I (Кононова), основательница монастыря и благодетельница нашей героини. К удивлению очевидцев, в склепе оказались нетленные мощи старицы. Никаких ценностей при захороненной игуменьи не оказалось, в результате забрали сами мощи, дабы «с антирелигиозными целями» выставить их на всеобщее обозрение в Доме санитарного просвещения. Однако очевидная нетленность мощей производила действие обратное ожидавшемуся и их спешно отправили в Москву в один из научно-исследовательских институтов. По дороге мощи непонятным образом пропали из вагона, несмотря на то, что находились под неусыпной красноармейской охраной.

Но гонения на обители не прекращались. Под видом изъятия ценностей для борьбы с голодом власти продолжали грабить и осквернять все еще действующий монастырь. Игуменья Таисия мужественно несла свой крест спасая родную обитель. Однажды после очередного обыска матушка сумела зазвать революционных солдат к себе в келью, где угостила их чаем, разговорила и даже довела до слез раскаяния.

Но ненависть князя тьмы и его служителей неуклонно нарастала. Так пришло время и матушке Таисии засвидетельствовать свою верность Господу даже до крови. Однажды в монастырь ворвалась группа вооруженных людей, видимо, из карательного отрядабольшевиков. Они были пьяны и крайне озлоблены. Распалив себя площадной бранью, они объявили, что их сознательно обманывают и не уважают, что вместо настоящей игуменьи их встречает некая самозванка.Кто нашептал этим богоборцам такие мысли, монахиня Таисия хорошо знала. Озверевшие служители князя тьмы жестоко убили матушку Таисию изрубив её шашками. Так сбылось давнее предсказание старца Герасима. И хотя прославление её еще не состоялось, но в своих молитвах мы с полным основанием можем обращаться к замечательной новомученице Церкви Русской: «Святая мученица Таисия, моли Бога о нас!».

 

Просмотров (62)

Комментарии закрыты.