Кто поможет искушаемым?

Очередной вечерний телефонный звонок накануне Страстной Седмицы. В трубке слышится знакомый голос, радостно сообщающий, что его зовут волонтёром в центр помощи алко- и наркозависимым. Просит благословения. Понимаю, что предстоит долгая беседа, прежде чем придётся отказать в благословении на такое «душеспасительное» дело. Мой собеседник – «бывший» алкоголик. Но в том-то и дело, что «бывших» в любой страсти не бывает, как нет «бывших» наркоманов, токсикоманов, блудников, чревоугодников, гордецов, лжецов и прочих носителей страстей.

После грехопадения наших прародителей Адама и Евы весь человеческий род удобоприклонен ко греху. Удобоприклонность не приговор, но как бы «общий фон» человеческого бытия. Это значит, что грех всегда присутствует в падшем мире, всегда есть риск его вкусить, что мы чаще всего предпочитаем не сопротивляться падшим проявлениям в нас и выбираем грех. Но одновременно это означает возможность самостоятельного отказа от греха.

Так было со Христом. Ему суждено было встретиться лицом к лицу (точнее, ликом к рылу!) с сатаной, быть искушаемым и выстоять (здесь необходима одна оговорка: Спаситель подобен нам по плоти во всём, кроме греха, а значит, и пресловутой «удобоприклонности»). Так же выстояла и Божия Матерь (Она-то как раз имела ту самую «удобоприклонность», но в Ней грех остался отринутой и нереализованной потенцией, окончательно исцелённой Её Сыном).

Удобоприклонность ко греху также не гарантия перехода единичного грехопадения в страсть. Страстное состояние предполагает многократную уступку имеющейся наклонности. Так, само употребление алкоголя ещё не есть грех, иначе мы должны вслед за сектантами и Само Причастие считать грехом. Но сказано апостолом Павлом: «И не упивайтеся вином, в немже есть блуд» (Еф. 5:18).  То есть грех содержится в чрезмерном употреблении алкоголя, ведущего к пробуждению низменных потребностей в их обесчеловеченном виде. Впрочем, разовая «попойка» до скотского состояния есть грех, а не страсть. Потребуется несколько повторений, прежде чем возникнет страстная привязанность.

В отличие от разового случая греха, страсть как бы вживается в нашу плоть и — ещё больше! — душу. Когда на «клеточном» уровне страсть завладевает человеком, он становится во многом безвольным рабом греха. Падение сменяется падением, постепенно превращая грех в рутину. Конечной точкой всякой греховной страсти является распад личности, гибель души и ад.

Неважно, что за страсть овладевает личностью, результат будет один – деградация на всех уровнях бытия. Гордыня и тщеславие разрушают психику и плоть не менее продуктивно, чем алкоголь и наркотики. Исходя из того, что все страсти связаны между собой, прогрессирующие тенденции одного греховного явления влекут развитие смежных страстей. Так, например, алкоголизм сочетается с ложью, самовозвышением, воровством, блудом, а в перспективе – с гневом и убийством (включая суицид)… Но и наркомания, и ревность могут привести к тем же состояниям.

Так как страстное состояние есть определённая форма срастания с грехом («привычка – вторая натура»!), человек начинает себя отождествлять с ним, теряя свободу от него, не имея возможности оставить его. Только Бог может отторгнуть душу и плоть страдающего  греховной страстью от его болезни. По причине того что реальным освободителем из  плена страсти является не сам человек, а Бог, человек, потерявший связь со своей «второй натурой», в реальности не может противостоять греху. Оставление греха – это всегда исключительно милосердие Божие при добровольном желании личности.

Поэтому, заразившись однажды той или иной страстью, человек продолжает быть её носителем до конца своих дней и потенциально имеет возможность вернуться в прежнее состояние.

Главной проблемой для «бывших» алкоголиков, наркоманов, гордецов и иже с ними является то, что они в любой момент могут вернуться к греху, если будут заигрывать с ним. Получив дар оставления греха, «бывший» грешник должен остерегаться всякого повода к возвращению. Именно поэтому отцы Церкви всегда запрещали жить вместе или даже иметь общение лицам с одинаковой страстью. Алкоголик прежде всего должен бегать других алкоголиков, наркоман – других наркоманов, блудник – блудников и так далее. Лишь гордость лечится в обществе других гордецов, ибо в этом «серпентарии» всегда есть условия для смирения.

Бегство от общения с подобными грешниками связано с образной системой той страсти, в которой человек пребывает. К образам страсти можно прежде всего отнести следующее: словесные коды (каждая страсть имеет свой язык, свои слова включения), музыку (в сфере ассоциаций мелодии всегда играли значительную роль; вспомните только преподобную Марию Египетскую, которая многие годы искушения в пустыне вспоминала «похабные песни»), запахи (особенно это ярко проявляется в плотских страстях, но и в более «абстрактных» грехах, как гордыня или осуждение, запахи могут выполнять свою незримую задачу), состояния (прежде всего депрессия или, наоборот, расторможенность) и, конечно, зрительные «иконы». В общении с себе подобными грешник сталкивается со всем набором образов, которые актуализируют возврат к греху.

Именно потому, что страсть всегда с нами, даже на смертном одре, мы не должны ни под каким предлогом соприкасаться с возможными поводами к их развитию. Надо помнить, что под видом «ангела света» нам чаще всего является враг нашего спасения, враг Божий. Именно он подаёт алкоголику мысль заняться реабилитацией себе подобных, а вору – устроиться сторожем.

Мне возразят, что сказано в Священном Писании: «Искушен быв, может и искушаемым помощи» (Евр. 2:18). Во-первых, эти слова относятся ко Христу, а как мы заметили выше, Он не был удобоприклонен ко греху. Во-вторых, в данном тексте совершенно очевидно сказано, что Иисус был искушаем от сатаны, но не искусился. Тот, кто столкнулся с искушением, но не упал, а нашёл силы сопротивляться, как Спас или Богородица, и правда может помочь. Но это не относится к тем, кто не устоял и упал. Такие подобны слепцу, ведущему слепца – оба в яму упадут (Мф. 15:14). Только сохранённая чистота может очистить других.

Что же делать нам, алкоголикам, наркоманам, блудникам, гордецам etc? Если Бог освободил нас от какой-то греховной страсти, всегда благодарите Его и всегда кайтесь, даже если очистились, чтобы не оставить «темного угла» у себя в душе для бесов. Если же мы ещё прибываем в той или иной страсти, то не будем унывать, впадая в ещё больший грех, но усерднее прилепимся ко Господу и будем со слезами вопить о воскресении нашей мёртвой (или полуживой?) души.

иеромонах Никодим (Коливатов)

21 апреля 2019 г.

Просмотров (139)

Комментарии закрыты.